Скандинавия. Везде как дома

«Этот день и есть жизнь» – слова шведского философа и поэта эпохи Просвещения Томаса Торильда, случайно попавшие на глаза юной Астрид, стали ее девизом и жизненным кредо. «Настоящее кажется мне таким любопытным, таким содержательным, что у меня как будто не остается времени ужасаться тому, что будет дальше». Это книга о ней самой – бунтарке в брюках и мужском пиджаке, первой в родном городе остригшей длинные волосы, матери-одиночке в пуританской Швеции, жене человека, фамилию которого она прославила на весь мир.  В ее письмах, дневниках, фотографиях, воспоминаниях близких оживают ее сражения, поражения и победы, моменты вдохновения и минуты отчаяния.
«В чем смысла нет, я знаю. Копить деньги, вещи, дела, жить знаменитостью, красоваться на страницах журналов про знаменитостей, так бояться одиночества и тишины, что ни разу не найти времени в тишине и покое подумать: что делать мне с моим коротким земным веком?»
В душе лучших детских писателей всегда жив ребенок. Астрид Линдгрен принадлежит к их числу. Она и став взрослой, могла вместе с детьми со двора строить плот для плаванья по лужам, а за завтраком прокладывать детям тропинки в густом бездорожье манной каши. Да, именно она – первая женщина, напечатанная в качестве символа страны на почтовых марках Швеции, и первая женщина, принятая в Шведскую Королевскую академию, не говоря уже о премии Андерсена и четырех памятниках, воздвигнутых еще при ее жизни.
«Я в высшей степени обыкновенная, совершенно нормальная и уравновешенная, может, немного меланхоличная, чего мое окружение верно и не замечает. Кажется, никогда особой жизнерадостностью не отличалась, хотя бываю весела на людях. Легкая меланхолия сопровождает меня с юности. По-настоящему радостной была только в детстве – может, потому предпочитаю писать книги, где можно воскресить это чудесное состояние».
Не могу удержаться, чтобы не посоветовать посмотреть чудный фильм «Малютка Чёрвен, Боцман и Моисей», снятый в 1964 году по повести «Мы на острове Сальткрока». И, конечно, художественный фильм о самой писательнице – «Быть Астрид Линдгрен», вышедший на экраны в 2018 году. В оригинале фильм называется «Молодая Астрид», и в нем, действительно, речь идет о ее молодых и непростых годах.

Шведская писательница Сельма Лагерлёф родилась в 1858 году. В 1907 году она стала почетным доктором Упсальского университета, а в 1914 ее избрали в Шведскую Академию наук, до нее женщинам такой чести не оказывали. И Нобелевскую премию по литературе в 1909 году она получила тоже первой из женщин.
«Морбакка» – первая часть мемуарной трилогии, вышла в 1922 году, но на русский язык она была переведена впервые недавно.
Несколько поколений семьи Лагерлёф владели усадьбой Морбакка, здесь девочка  Сельма родилась, пережила тяжелую болезнь, заново научилась ходить. Здесь она слушала бесконечные рассказы бабушки, встречалась с разными замечательными людьми, наблюдала как отец и мать строят жизнь свою, усадьбы и ее обитателей, здесь начался христианский путь Лагерлёф. Сельма стала писательницей и всегда была благодарна за это Морбакке.
В 1890 году, после смерти горячо любимого отца, усадьбу продали за долги. Для Сельмы это стало трагедией, и она восемнадцать лет отчаянно боролась за возможность вернуть себе дом. Как только литературные заработки и Нобелевская премия позволили, она выкупила Морбакку, обосновалась здесь и сразу же принялась за свои детские воспоминания. Самая прославленная книга Лагерлёф – «Чудесное путешествие Нильса Хольгерссона с дикими гусями по Швеции» – во многом выросла из детских воспоминаний и переживаний Сельмы.  Изначально эта книга задумывалась как учебник по географии, или, скорее, как пособие по краеведению для общеобразовательных школ, чтобы в доступной, простой и увлекательной форме рассказать маленьким согражданам о своей стране
Я выбрала отрывок про корюшку неспроста, ведь и у нас корюшку любят, ловят и с удовольствием жарят. А как она пахнет огурцами…
«Вычищенной корюшкой занималась экономка, но девчушки глаз не сводили с рыбок, наблюдали за готовкой. Корюшку прополаскивали водой, обваливали в муке и отправляли на сковородку. Только вот просто бросать этих малюток на сковородку и жарить никак нельзя. Их укладывали вплотную друг к дружке. С огромным терпением экономка клала на сковородку рыбку за рыбкой, в один слой, чтобы одна не налезала на другую.
Затем малюток-корюшек жарили на большом огне, в результате они спекались, и экономка разом переворачивала лопаточкой весь этот блин. Обжарив его с другой стороны, так что рыбки становились золотисто-коричневыми и жесткими, как щепки, она брала лепешку плотного овсяного хлеба, накрывала сковородку и переворачивала ее вверх дном – рыба оказывалась на хлебе. Таким манером экономка поступала только с корюшкой, ни с какой другой рыбой, и говорила детям, что научилась тому у старой хозяйки. В давние времена каждому мужчине подавали на стол лепешку хлеба и лепешку корюшки, потому что тарелок тогда было не столько, сколько сейчас».

Еще одна биография – про талантливейшую Туве Янссон. Эта книга не только для всех любителей муми-троллей, но для тех, кому интересно читать про ярких творческих и неординарных людей.

Название «работай и люби» – это отсылка к экслибрису Туве Янссон, надпись на котором гласила «Labora et amare». Книга написана искусствоведом, которая была еще и руководителем одного из самых знаменитых музеев Хельсинки. Наверное, поэтому в книге так много рассказывается о Туве-художнице и иллюстраторе. Она сама считала себя, прежде всего, художницей, хотя большую известность в мире она приобрела как писатель. Это, кстати, беспокоило ее всю жизнь. Эта книга, как любая хорошая биография, – еще и портрет времени, истории целого поколения, истории страны,  в конце концов. Это рассказ о финском искусстве, о котором, возможно, не все хорошо осведомлены.
И, конечно, это портреты ярких творческих личностей, которые окружали Туве с рождения. Ее отец  Виктор Янссон – финский скульптор, и мать Сигне Хаммарштейн – шведская художница, которая иллюстрировала книги, рисовала карикатуры и создала рисунки почтовых марок.
В книге большое количество редких, любовно подобранных братом Туве иллюстраций. Здесь не только фотографии из личных архивов, но и работы Туве и художников ее круга, так что можно сразу понять, о чем говорит автор. «Я тоже хочу проснуться, когда все спят. Волшебной зимой, в маленьком уютном домике. Увидеть в первый раз снег. И испугаться, что весь мир исчез оттого, что десять тысяч морр уселись на землю. Завести все часы в доме, чтобы поскорее пришла весна. Отыскать на чердаке большую коробку с по-летнему яркими картинками и мечтательно их разглядывать. А еще пить кофе и смотреть на огонь, слушая, как мышки-невидимки играют на флейтах. Кататься на подносе с горки или впервые встать на лыжи. Узнать, что зима полна удивительных существ, таинственных и странных. Встретиться со своим предком, поселившимся в люстре в гостиной, с забывчивым бельчонком, со Снежной лошадью, Туу-тикки, которая живет в купальне, с малышками Мю и Саломеей, с любителем активного образа жизни Хемулем. Кормить гостей вареньем из погреба. Со страхом ждать великой стужи. Задирать голову к небу и чувствовать, как на твое лицо ложатся мягкие, как пух, снежинки твоего первого снегопада...»

С интересом и некоторым сожалением узнала, что одной из последних работ Туве Янссон была роспись детского сада в городе Пори, которую она выполнила в 1984 году. В 1989 году мой папа несколько месяцев жил и работал в этом небольшом финском городке недалеко от Хельсинки. Эх, знать бы об этом, попросила бы его сходить – посмотреть, сфотографировать.
Всем трем писательницам был отпущен большой жизненный срок: Сельма Лагерлёф прожила 81 год (1859 –1940), Астрид Линдгрен – 94 года (1907–2002), Туве Янссон – 86 лет (1914–2001).
И всю свою жизнь они работали и любили, именно в таком порядке.

В основе трилогии норвежского писателя Кнута Гамсуна лежит история Августа – обаятельного бродяги, мечтающего разбогатеть. Скитаясь по стране, он втягивает в свои планы всех, кто встречается ему на пути. Кому-то авантюры героя помогают сколотить капитал, а кого-то разоряют. Но даже самое выгодное дело не может удержать Августа на месте. И каждый раз он бросает все, чтобы продолжить свое путешествие навстречу мечте. И его друга Эдеварта.
Эта трилогия относится к романам-сагам. Сюжета как такового нет, сюжетом выступает сама жизнь. Люди ловят рыбу, ездят на ярмарки, в города, живут, женятся, рожают детей. Кто-то уехал в Америку, кто-то купил поместье. При этом Гамсуну удается из этого набора обыденных житейских фактов создать ткань настоящего романа, показать целую панораму быта и бытия народа, хронику местности. А чтобы не было скучно ни читателю, ни самим персонажам, Гамсун создает Августа, которому постоянно что-то надо, у которого куча идей, удач, неудач, который постоянно вовлекает обывателей в свои предприятия. Как вечный двигатель. Впрочем, не вечный: в конце романа и он умирает.
Суровая нордическая классика во всей красе. Мне понравилось. Я как будто жила в этой книге – с этими людьми и в этих местах.
Хотя, возможно, современных читателей может отпугнуть объем книги.
«Мытье рыбы началось с того, что каждому поднесли по чарке и по крендельку. Август ходил по кругу с бутылью, а Эдеварт с крендельками. За мытье платили больше всего, это была тяжелая и грязная работа, мерой служила большая сотня – сто двадцать рыбин. Несколько человек выбрасывали рыбу из трюма, потом ее грузили в лодки и отвозили на берег, там по колено в воде стояли мужчины и женщины и мыли рыбу, с нее надо было смыть запекшуюся кровь и удалить черную брюшину, чтобы тушка изнутри стала белой. Чистую рыбу мужчины на носилках уносили и укладывали на скальных площадках… Через несколько дней вся рыба была вымыта, а «Чайка» отдраена до блеска. Теперь рыба лежала на площадках небольшими штабелями и ждала, когда сойдут остатки снега. После этого приступили к сушке.
Каждое утро начиналось с того, что мужчинам подносили по чарке, а дети и женщины получали по крендельку или по горсти орехов, спиртного им не давали. Самогон был слабый, угощение служило лишь знаком добрых отношений, такого порядка придерживались всюду, где сушили рыбу. Эдеварт подружился с детишками, сунув украдкой каждому по лишнему крендельку или по горсти орехов, после этого они работали не покладая рук и ни на что не жаловались. Когда рыба была разложена, наступал обед  и час отдыха, потом рыбу переворачивали с брюшка на спинку, а вечером снова складывали штабелями. На скалах, где сушили рыбу, всегда толпилось много народу».                           
 

И В 19 Вассму, Хербьёрг (1942-). Сто лет : роман : [16+] / Хербьёрг Вассму ; [перевела с норвежского Л. Г. Горлина]. - Москва : Группа Компаний РИПОЛ классик ; Санкт- Петербург : Пальмира, 2020. - 478, [2] с.
На обложке был изображен фрагмент картины Джорджа Уоттса «Выбирающая» (портрет Э. Терри). В 2020 году книгу переиздали в Рипол-Классик. К сожалению, мне не нравятся ни новая, ни предыдущая обложки. Конечно, это мое субъективное мнение, но так бывает.
«Мысль написать историю моей бабушки и прабабушки пришла мне в голову много лет назад, когда моя дочь прислала мне брошюру о Лофотенском соборе в Кабельвоге. В ней была цветная фотография запрестольного образа. Сюжет — моление о чаше Иисуса Христа в Гефсиманском саду. В брошюре сообщалось, что пастор и художник Фредрик Николай (Фриц) Йенсен закончил этот образ в 1869 или 1870 году и что ангела, протягивающего Христу чашу, он писал с реальной женщины.
Эта реальная женщина — Сара Сусанне Крог, урожденная Бинг Линд, родилась 19 января 1842 года в Кьопсвике в Нурланде. Дочь пишет, что, очевидно, это моя прабабушка!
Больше всего меня поразило, что она родилась в тот же день, что и мой сын, и была ровно на сто лет старше меня самой.
Читая брошюру, я вижу перед собой мою бабушку Элиду, она рассказывает о моей прабабушке — Саре Сусанне. И я понимаю, что ангел и в самом деле очень похож на моих бабушку, маму и тетю. Если черты лица могут повторяться из поколения в поколение, наверное, так же могут повторяться и мысли? Как прилив, бьющий о скалы, повторяется из поколения в поколение, хотя нас это ничему и не учит», – так написала об истории создания романа сама автор.
Роман «Сто лет» – это семейная сага, где столетняя история семьи писательницы разворачивается на фоне истории норвежского Севера. Со свойственными ей талантом и мастерством, Вассму рассказывает о жизни трех женщин: своей прабабушки – красавицы Сары Сусанне, послужившей моделью для ангела на заалтарном образе в Лофотенском соборе, ее дочери Элиды, беззаветно влюбленной в собственного мужа, и внучки Йордис, матери Хербьёрг Вассму. Подлинные биографические факты служат вехами для драматического сюжета, стержень которого во всех трех временных пластах – любовь. А еще эта книга о севере Норвегии,  о фьордах, об усадьбах, стоящих по их берегам,  о рождениях детей, о рыбаках  и ловле рыбы, о том, как менялась Норвегия на протяжении  ста лет, которые мы увидим глазами писательницы.
«Хельга, Агда и Йордис собирали морошку на болотах Ханса Улаи. С болот открывался бескрайний вид, деревья здесь не росли. Дома превратились в маленькие кубики где-то на краю мира и едва не падали в море. Небо тоже было бескрайним, невозможно было представить себе что-нибудь более бескрайнее и большое. Пряно пахло вереском и бочагами. Бочаги следовало обходить, а то в их бездонности можно было исчезнуть навсегда. Так сказала Хельга.
Руки быстро сделались липкими, зато их можно было лизать».

Это семейная история, которая началась с трагедии, произошедшей 8 мая 1945 года. Есть мама Вера, сыновья Фред и Барнум, Верина мама Болетта, которую зовут Пра – бывшая знаменитая актриса немого кино, есть муж Веры – Арнольд Нилсен, что из Рёста на Лафотенских островах. Он отец Барнума и ненавистный отчим Фреда. Есть еще Педер и Вивиан – друзья Барнума. А еще город Осло, где живут герои книги.
Это потрясающе рассказанная история о взаимоотношениях братьев, о детстве, взрослении и невзрослении, о дружбе и любви, собственно о жизни, которая может быть уродливой, несправедливой, грустной, прекрасной, но одной единственной.
Из интервью с переводчиком романа «Полубрат» Ольгой Дробот:
– Как вы считаете, почему творчество Кристенсена так высоко отмечено в мире? Да и в России ценится не меньше, «Полубрат» — культовый роман двадцать первого века. В чем причина такой его популярности?
– Мне кажется, тут дело просто в том, что Кристенсен — очень хороший писатель, другого объяснения я не вижу. У него ведь очень странный визуальный язык. Половина романов, включая и «Полубрата» с «Германом», привязаны к одному небольшому району Осло. И все местные реалии, включая свет, цвет и запахи — они очень важны, но не знакомы людям в тех сорока странах, где читают Кристенсена. Остается признать, что глубина и острота чувств, о которой автор говорит тихо и без надрыва, трогает сердце любого человека.
А вот что говорит сам автор:
«Я норвежец, источником моего письма является норвежский опыт: норвежское время, норвежский ландшафт, норвежское состояние ума, наконец. Я просто пытаюсь быть настолько «местным», насколько могу. Я пишу о конкретных улицах, о конкретных людях, которые ходят по этим улицам. Но мне кажется, что если правильно писать об этих небольших вещах, то твои книги оказываются интересны всем. Я люблю такую литературу, в которой видны отпечатки пальцев, такую, которая может быть написана только «здесь», а не в любом из крупных аэропортов мира».
Порой автора сравнивают с другим писателем – Джоном Ирвингом. Так что если вы поклонник Ирвинга, то есть вероятность, что «Полубрат» вам понравится.
Кстати, у Джона Ирвинга в романе «Покуда я тебя не обрету», главный герой в поисках своего отца путешествует со своей мамой – татуировщицей Алисой, по городам Северной Европы – Хельсинки, Осло, Копенгагену и Стокгольму. В Хельсинки в ресторане они заказывают олений язык и мороженое с морошкой.

Датский писатель Карстен Йенсен – уроженец маленького городка Марсталя, который, как и его жители, является полноправным героем книги. Расположенный на небольшом острове Эрё на стыке Кильской бухты и пролива Большой Бельт – этот город пропитан духом морских странствий от каменных волноломов у входа в марину до последней черепицы на крыше кирхи. Он основан в XVI веке, и с тех пор и по сей день здесь строят корабли и учат морскому делу. На протяжении столетий парусники Марсталя странствовали по всему миру. Игрушечный средневековый Марсталь не изменился за прошедшие годы. Ухоженный, утопающий в зелени, городок выглядит как картинка из книжки сказок. В окне каждого второго дома – модели судов, на стенах – мозаики и памятные знаки, отмечающие жилье мастера-судостроителя или именитого капитана.
Эта история начинается в XVIII веке и заканчивается началом Второй мировой войны. Она о мальчишках, которые уходят в море, когда им исполняется тринадцать. О путешествиях по всему свету. О сражениях.  О женах, которые ждут, и вдовах, которые встают управлять делами, когда их мужья не приходят с рейса.
«Мы все начинали гарсонами на камбузе.
– Вот, - говорил шкипер, протягивая нам покрытую зеленым налетом медную кастрюлю.
Кастрюля и была камбузом. В те времена на кораблях не было камбузов. Мы сидели в носовом кубрике, перед глиняной печкой, а дымоход представлял собой четыре сбитых доски, торчащие наружу сквозь палубный настил. В дождь его заливало. В шторм, когда волны захлестывали палубу, на нас обрушивались потоки, заливая огонь, и, бывало, мы бродили по колено в воде. При малейшем ветре, когда корабль начинало качать, приходилось удерживать кастрюлю голыми руками, чтобы та не свалилась на пол. Мы натягивали на ладони рукава, чтобы защитить их от соприкосновения с раскаленными ручками кастрюли, и таращились в суп из саго красными от дыма глазами. Кого-то надо было пинать, и, если на борту не было собаки, пинали нас.
Нас поднимали в четыре утра. Всегда, в любое время суток, мы должны были держать наготове кофе. Время покемарить выдавалось лишь в перерыве между двумя чашками этого напитка… нашим миром была палуба, задымленный кубрик и вечно сырые койки».
Шведский писатель Хенинг Манкелль (автор любимых мною детективных романов о комиссаре Курте Валландере)  сказал, что Карстен Йенсен «совершенно уникальный рассказчик. Один из самых выдающихся авторов современной Скандинавии».

Действие разворачивается в конце XIX века в Норвегии. В некой рыбацкой деревушке жил строгий пастор-протестант, проповедующий аскетизм и воздержание. У этого сурового человека есть две дочери – Филиппа и Мартина. В юности обе красавицы решили остаться в деревне, и теперь ведут добродетельную жизнь. После смерти отца в их доме поселилась служанка-француженка по имени Бабетта, которая была вынуждена бросить всё и сбежать из Парижа, охваченного революцией 1871 года. Безропотно подчинившись укладу унылого дома, она готовит хозяйкам вяленую треску и похлёбку из черного пива. Спустя 14 лет, Бабетта выигрывает в лотерею солидную сумму – десять тысяч франков. Перед возвращением на родину, она решает на прощание приготовить изысканный ужин, ведь много лет назад Бабетта была шеф-поваром знаменитого парижского «Café Anglais» – «Английского кафе».
И вот, как французская повариха изменила этим застольем жителей глухого норвежского фьорда, и рассказывает эта новелла. Вначале я посмотрела одноименный фильм, который в 1987 году снял датский режиссер Габриэль Аксель и получил за него премию «Оскар» как за лучший иностранный фильм. А потом уже была прочитана сама новелла. Я убедилась, как бережно режиссер отнесся к первоисточнику. Хороши и новелла, и фильм.
Мне кажется, что похлёбка из пива с черным хлебом, о которой мы читаем на страницах книги,  – это традиционный норвежский суп ёлеброд, который, судя по рецептуре, может быть очень вкусным. Но не тот, который ели в семье пастора.

Попутно вы выслушаете кучу энциклопедических сведений о море и морских обитателях, историю семьи Хуго, которая поколениями была связана с морем, узнаете о том, как живут на Лофотенах и позавидуете им. Или не позавидуете…
Для меня эта книга стала подарком года. Я в очередной раз пришла к мысли, что в прошлой жизни была мужчиной и моряком. Вот только  географические названия я пока ещё плохо выговариваю…
«Видимость такая, что можно окинуть взглядом от края до края всю Лофотенскую гряду: Лёдинген на северо-востоке, потом Дигермулен, Сторемолла, Лиллемолла, Скрова, за которым скрывается поселок Свольвер и проход к Кабельвогу. Дальше на запад идут Вогакаллен, Хеннингсвер и Стамсунн, а между ними и национальным парком Лофотодден, окутанным сонной дымкой, выстроились: Нусфьорд, Рейне и О. на самом краю находится Москстраумен».
И я опять стала мечтать о Норвегии и Лофотенах. Мечтать о Скандинавии, где, думаю, мне будет хорошо как дома. После стольких-то прочитанных книг.

И напоследок рецепт «Взбитой брусники» (ягоды, любимой нами не меньше скандинавов), взятой из книги Аурель Бронте Скандинавская кухня. Простая и уютная еда на любой случай. (Книга из личной библиотеки Е. Островской)


Главный секрет этого блюда – хорошо взбить манку, когда она остынет, тогда десерт будет не плотным, а воздушным.

• 200 г брусники
• 500 мл / 2 стакана воды
• 80 г / 5 ст. л. мелкого сахара
• 65 г / 4 ст. л. манной крупы
• капля ванильного экстракта или немного ванильного сахара
• молоко или нежирные сливки для подачи
• свежая малина для подачи

НА 4 ПОРЦИИ
Всыпьте бруснику в кастрюлю, добавьте воду и сахар и доведите до кипения.
Варите 10-15 минут, до готовности ягод, затем процедите через сито, сохранив сироп. Протрите в сироп большую часть ягод, сохранив несколько для подачи.
Перелейте жидкость обратно в кастрюлю, всыпьте манку и добавьте ваниль. Снова доведите до кипения и варите 5-6 минут до загустения.
Снимите кастрюлю с огня и остудите ее содержимое. Когда смесь будет теплой, взбивайте ее электрическим миксером на высокой скорости около 10 минут. Через несколько минут взбивания смесь поменяет цвет с темного на светлый, а текстура станет воздушной.
Подавайте десерт охлажденным в глубоких тарелках, полив молоком или сливками, дополнив малиной и украсив ягодами брусники.
Этот десерт можно подавать на завтрак, а если есть желание сделать его более полезным, просто положите меньше сахара и увеличьте количество ягод.

N. B. Что касается писателей Исландии, то могу посоветовать книгу Хатльгрима Хельгасона «Женщина при 1000° С». Если же кому-то интересен взгляд на скандинавов и Скандинавию со стороны – книгу английского журналиста Майкла Бута «Почти идеальные люди. Вся правда о жизни в “скандинавском раю”».